Подписаться
на новости разделов:

Выберите RSS-ленту:

XXI век станет либо веком тотального обострения смертоносного кризиса, либо же веком морального очищения и духовного выздоровления человечества. Его всестороннего возрождения. Убежден, все мы – все разумные политические силы, все духовные и идейные течения, все конфессии – призваны содействовать этому переходу, победе человечности и справедливости. Тому, чтобы XXI век стал веком возрождения, веком Человека.

     
English English

Статьи, выступления, интервью

К списку новостей
8 октября 1997

Е. Кременцова. Любимая жена последнего генсека: Мишка, мишка, где твоя улыбка?\Экспресс газета.-1997.-№ 39.- октябрь

Раиса Максимовна не дает интервью. Представители самых солидных и уважаемых изданий каждый день обивают пороги «Горбачев-Фонда», но вот уже несколько лет неизменно получают от ворот поворот. Корреспонденту «ЭГ» Елене КРЕМЕНЦОВОЙ удалось совершить невозможное. После двухнедельных переговоров и внимательного изучения «Экспресс газеты» Раиса ГОРБАЧЕВА дала «добро».

 

ВМЕСТО ЭПИГРАФА

Вижу его лицо и глаза. Тридцать семь лет мы вместе. Все в жизни меняется. Но в моем сердце живет постоянная надежда: пусть он, мой муж, останется таким, каким вошел в мою юность. Мужественным и твердым, сильным и добрым. Чтобы мог, наконец, снова петь свои любимые песни, а он, повторяю, любит петь. Чтобы мог читать свои любимые стихи и смеяться - открыто, искренне, как это было всегда...

Из книги Раисы ГОРБАЧЕВОЙ...

***

В нашем семейном «фольклоре» сохранилась память о том, что именно в те дни Раисе приснился сон. Будто мы - она и я - на дне глубокого, темного колодца, и только где-то там, высоко наверху, пробивается свет. Мы карабкаемся по срубу, помогая друг другу. Руки поранены, кровоточат. Невыносимая боль. Раиса срывается вниз, но я подхватываю ее, и мы снова медленно поднимаемся вверх. Наконец, совершенно обессилев, выбираемся из этой черной дыры. Перед нами прямая, чистая, светлая, окаймленная лесом дорога. И вдруг... С обеих сторон дороги перед нами стали падать черные страшные тени. Что это? В ответ лес гудит: «Враги, враги, враги». Сердце сжимается... Взявшись за руки, мы продолжаем идти по дороге к горизонту, к солнцу...

Из книги Михаила ГОРБАЧЕВА...

 

СПРАВКА «ЭГ»

РАЙСКОЕ ЯБЛОЧКО

  • Жена будущего Президента СССР Раиса ТИТОРЕНКО родилась в семье железнодорожника. Отец - украинец, мама - русская, сибирячка. Именем своим она обязана отцу, который считал, что оно -производное от слова «рай», а поэтому дочка его будет прекрасна, как райское яблочко.
     
  • В 1949 году Раиса приехала в Москву и поступила на философский факультет МГУ. Ходила, по ее признанию, в «семисезонных» одеждах и экономила даже на автобусных билетиках.
     
  • Родительского благословения на брак с Горбачевым девушка не спрашивала, уведомив мать с отцом в последний момент. Свадьба была студенческая, без обручальных колец. Но костюм и платье на женихе и невесте были совершенно новыми деньги на них на комбайне заработал Михаил Горбачев. Будущий генсек в то лето ездил покорять целину и в письмах называл невесту Райчонка.
     
  • После окончания университета Раиса поступила в аспирантуру, но Горбачев отказался от предложения работать в Москве, и чета уехала в Ставрополье, на родину мужа, прожив там 23 года.
     
  • Четыре года, снимая комнату, они жили на зарплату главы семьи. В 1957 году, после рождения дочери Ирины, Горбачевым выделили две комнаты в коммуналке. В отдельную квартиру переехали незадолго до того, как в апреле 1970 года Горбачев стал первым секретарем крайкома КПСС, Раиса Максимовна тогда преподавала философию и социологию в мединституте.
     
  • 27 ноября 1978 года Горбачев был избран секретарем ЦК КПСС, и семья перебралась в Москву. Сначала обитали на государственной даче, где жил еще Серго Орджоникидзе. Затем получили квартиру, а через два года - и новую дачу. В 1985-м, когда Горбачев стал генсеком ЦК КПСС, дачу поменяли на новую, а предыдущую занял Борис Ельцин.
     
  • До 1985 года Раиса Максимовна работала в МГУ. Став первой леди СССР, занималась общественной деятельностью. После беловежского сговора и добровольной отставки Горбачева Раиса Максимовна исчезла из поля зрения широкой общественности.

 

Бабы выбирали не меня

 

- Вас давненько не видно и не слышно. Решили уйти в подполье, Раиса Максимовна?

- Все очень просто. С 92-го года в нашей стране иная ситуация. Михаил Сергеевич в информационной блокаде. Ко мне обращаются журналисты, но не на каждое обращение хочется отвечать. За эти годы в наш адрес было вылито столько лжи, грязи, напраслины, нелепостей...

- И после этого вы не испугались нашей газеты?

- Нет. Хотя до вашего звонка о существовании «Экспресс газеты» я не подозревала. Мое хобби - книги. А газеты нынешние кишат купленными, заказными или откровенно лакейскими статьями, поэтому тратить на них время мне неинтересно. В вашей газете я тоже не все вполне принимаю. К примеру, излишнюю раскованность и бесцеремонность по отношению к ряду персон. Скажем, Аллу Пугачеву я бы пощадила. Но какого-то особого криминала я не увидела. А отвечать на прямые вопросы никому не боялась.

- А часто приходится?

- Практически в каждой поездке по стране. В прошлом году во время президентской кампании я с мужем объездила 22 региона России. В Нижнем Тагиле мы с Горбачевым просто зашли на базар, так там целый митинг собрался, и давай все кричать! Милиция хотела нас увести. А я сказала -нет! Мы ничего не украли, не лгали и не присвоили. И я не уйду, пока не отвечу женщинам на каждый их вопрос. Представьте же мое изумление, когда я услышала: «Мы вас выбирали, а вы в Америку уехали!»

- Бабы, - говорю, - да меня вы вообще не выбирали! Вы Горбачева выбирали. И он никогда никуда из страны не убегал. (Смеется.) Для людей это было открытием. «А почему, - спрашивают, -его нет по телевизору?» - «Не пускают?!» - «Горбачева не пускают?! Вранье...»

 

Немцов был с нами некорректен

- Напутствуя Бориса Немцова перед его вице-премьерством, Ельцин спросил: «А где твоя жена?» «Видите ли, - смутился Немцов, - мою жену зовут Раиса...» Эту фразу разнесли газеты, и вся страна смеялась. Как вы относитесь к тому, что ваше имя стало нарицательным?

- Признаться, я о случае этом не знала. И с Немцовым встречалась в жизни один раз. В аэропорту. Когда мы прилетели из Нижнего в Москву, а он туда возвращался. Это была очень короткая встреча во время предвыборной президентской кампании. Недостаточная, на мой взгляд, для того, чтобы у меня сложилось впечатление о Немцове, а у него - обо мне. Он тогда повел себя весьма некорректно. И я ему об этом сказала. Потому, может быть, и угодила в некий знакомый ему типаж. Но нарицательное - не отрицательное. И одной краской, Лена, не передать отношения общества ко мне. Кто-то не воспринимал меня рядом с Горбачевым во время его визитов и встреч, но колоссальное количество людей (а мне и сегодня тысячи пишут!) благодарили за то, что я и в стране, и за рубежом отстояла честь наших женщин. И сама я считаю, что достойно выполнила выпавшую мне миссию.

 

Не одевалась я у Зайцева!

- Сегодня у всех крупных политиков есть консультанты, которые советуют, как себя вести, как одеваться, что и когда говорить. А у вас был имиджмейкер, стилист?

- Тогда мы и слов таких не знали. Рабочий день был спрессован в комок, и мне приходилось действовать интуитивно. Я считала, что как жена президента должна носить отечественные вещи. Я не шила ни у Зайцева, как он намекал в своих интервью, ни у Ив Сен Лорана, как утверждали журналисты. На что однажды он им ответил: «Госпожа Горбачева ко мне не обращалась, но я был бы счастлив, если бы она ко мне обратилась». Меня одевали женщины-мастера из ателье на Кузнецком мосту: Тамара Константиновна, Зоя, Елена Стерлигова. Одевали с любовью, и я их за это любила. К сожалению, две из них сейчас очень больны.

- А где вы сейчас одеваетесь?

- Не на рынке! Что-то покупаю в поездках. Обычно хожу в ГУМ, «Пассаж», ЦУМ. Недавно пришла в универмаг на Тишинке, хотела купить белье и какие-то мелочи. Но не купила. Этот магазин дороговат.

- Вас узнают в магазинах?

- Да. Обычно говорят: «Вы так похожи на Раису Максимовну!» Отвечаю: «А я и есть она». И тут же следует вопрос: «А почему одна, без охраны?» Это обычная схема. Люди часто жалуются на жизнь, задают вопросы, нередко преподносят цветы. На Тишинке, кстати, две женщины подошли и подарили одна - розы, другая - лилии.

 

Никогда не была домохозяйкой

 - Чем вы сейчас занимаетесь?

- Продолжаю помогать Михаилу Сергеевичу, поддерживаю его. За эти нелегкие годы я, быть может, сделала для него не меньше, а больше, чем за всю предыдущую жизнь. Михаил Сергеевич создал фонд, в который государство не вкладывает ни копейки. Фонд выжил, выстоял, получил международное признание. Я много делаю в нем в области благотворительной, гуманитарной деятельности.

За шесть лет Горбачев создал в России международный «Зеленый крест». Эта организация работает по принципам «Красного Креста», но в сфере экологии. Горбачев считает, что XXI век будет веком экологических катастроф. Он создал филиалы «Зеленого креста» в нескольких десятках стран, это колоссальная работа!

За эти годы Горбачев написал шесть книг. На Западе многие из них стали бестселлерами, а в России почти не издавались. Книги требовали кропотливой работы: каждая цифра, каждый факт проверены и подтверждены архивными документами. Большую долю черной работы выполняла я.

К тому же я помогаю в подготовке лекций и выступлений, с которыми Горбачев ездит за рубеж: ведь на его гонорары живет фонд. А в 90-м году я стала патроном ассоциации «Гематологи детям». Тогда у нас в России вылечивали 10 процентов детей, больных лейкемией. Мы отдали на это половину Нобелевской премии Горбачева, а я - гонорар за свою книгу. Сегодня уже 70 процентов российских детей, страдающих этой болезнью, излечивают...

Но это, как говорится, «раз». А «два» - это семья. Михаил Сергеевич, в первую очередь, дочка, внучки... Семья - это ежедневные нужды, проблемы, словом, «семь-я».

Ну а третье, чем я занимаюсь, - стараюсь быть в курсе того, что вокруг происходит. В отличие от большинства высокопоставленных жен я не была домохозяйкой. Я преподавала в вузе, занималась наукой. И поэтому, как и вся интеллигенция, легко восприняла идеи перестройки. Сейчас даже вспомнить страшно, как я создавала первую в стране неправительственную организацию - Фонд культуры. Ее президентом стал Дмитрий Лихачев.

 

Женщины без мужской ласки

 - А к женским клубам как вы относитесь?

- Положительно. Есть несколько женщин разных профессий, с которыми мы иногда собираемся и обсуждаем те или иные проблемы. Мы называемся «Клубом Раисы Максимовны»! Кстати, в прошлом тема моей научной работы была - женщины в крестьянской семье.

Я впечатлительный человек. То, что увидела, помню всю жизнь. В 60-е годы я бегала по дворам с анкетами - мы возвращали социологии ее настоящее лицо. И меня потрясло поколение деревенских женщин, оставшихся одинокими из-за войны. Без детей, без мужей, без ласки мужской - каждый четвертый двор на Ставрополье. И ведь не озлобились!

Помню, я все приставала к одной женщине с расспросами, заполняя анкету. Она терпеливо отвечала. А потом спрашивает: «Доченька (а я худенькая была -45 килограммов!), что ж ты сама такая бледненькая, мужа, поди, нема?» «Есть», -говорю. «Поди, пьет?» -«Нет». - «Тогда бьет?» -«Нет». - «Доченька, милая, что ж ты меня обманываешь? Я век прожила и знаю: от добра по дворам не ходят». (Смеется.)

 

Михаил влюбился на танцах

 - И где ж вы такого мужа отхватили?

- Да не ловила я его вовсе. Познакомились мы: ему 19, мне 18 лет было. И выбрал меня он. Обычный случай. Мы были оба студентами МГУ. В тот вечер он сидел в библиотеке, а я пошла на танцы. Там был его друг Володя Либерман. Увидел, как я танцую, и побежал в читалку за Михаилом: «У нас на первом такая девчонка появилась, танцует как!.. Иди посмотри сам».

С той первой встречи, как Михаил позднее признался, и началась его «мучительно-счастливая жизнь». Он влюбился сразу. Я позже. Мы два года дружили. У меня ведь до него была первая любовь. Разочарование было такое, что я и сейчас вспоминать не хочу! У девчонок (а нас 10 человек в комнате общежития жили) планы были: в худшем случае выйти замуж просто за москвича, в лучшем - за кандидата наук или профессора, в идеале -за иностранца. А у меня, как на исповеди говорю, никогда таких планов не было. И замуж я вышла, когда поняла: а я ведь его люблю.

- А когда вы это поняли?

- Тогда гремело дело «врачей-отравителей». Его друга Володю Либермана толпа выбросила из трамвая. И Горбачев единственный выступил с протестом. Вот тут-то я все про себя и поняла. И эти свои достоинства - на все иметь свое мнение и не бояться его отстаивать; не испытывать неприязни и пренебрежения к людям; ценить друзей - он пронес через жизнь.

 

Горбачев - идеальный муж

 - А недостатки у Горбачева есть?

- Не спрашивайте меня о недостатках Горбачева! Для меня те, кто говорит о его недостатках, ногтя его не стоят!

- Но об одном, очевидном, можно я все же спрошу?  Горбачев говорит очень туманно. Я видела, как во время его выступления на заседании Римского клуба иностранцы просто засыпали. Он и с вами так разговаривает?

- Я же не Римский клуб! Ему незачем передо мной с докладами выступать. Много говорит - это его достоинство! Его интеллигентность. Он старался, чтобы люди поняли его, объяснял все. Он в новую эпоху общество без крови вывел. А скажи тогда одной фразой: я за свободу, частную собственность и плюрализм - что бы тогда было? Его бы смели! И ждали бы мы перемен еще неизвестно сколько. Сегодня забыли, но даже закон о свободе вероисповедания был принят при Горбачеве. Поэтому тысячелетие крещения Руси я праздновала как свой личный праздник. Его многословие - от желания быть понятым!

- Неужели вы даже не ссоритесь?

- Спорим и ссоримся бесконечно! Но быстро миримся. Спасибо маме, она научила: никогда не делай скороспелых выводов. В жизни нашей тоже всякое было. Были и соперницы, и соперники. Помню, как было больно. Но самый правильный путь - прояснить ситуацию. Не выяснять отношения, а найти в себе силы понять другого. Мы поговорили, и я каким-то десятым чутьем поняла: я ему дороже других. Вот и пережила.

- Хорошо Михаилу Сергеевичу, если все женщины в доме его так любят.

- Да! Но он должен думать о четырех женщинах. Дочь, к сожалению, разошлась с мужем. Я очень этого не хотела. Но так уж вышло.

- А что для вас самое сложное в общении с мужем в быту?

- Лечить его - легче самой заболеть. Таблетку сам сроду не выпьет. Вечно пишет и читает, а что вокруг него дома - не видит. Но, если его попросить помочь, все бросит и поможет всегда.

- Кажется, вы по сей день больны Горбачевым...

- Это не болезнь. Он - моя жизнь. А о внучках давайте сегодня говорить не будем. Они разные, обе любимые, о них я могу говорить до утра.

 

Фото Бориса КУДРЯВОВА

и из домашнего архива

ГОРБАЧЕВЫХ